Смерть туристов на горе Холат-Сяхл февральской ночью 1959 года цепляет разум своей таинственностью. В самом деле: пошли в поход подготовленные, опытные туристы со всем снаряжением. Пошли зимой и не в самое лучшее место: на языке манси оно означает “гора мертвецов”. А через месяц были обнаружены окоченевшие тела туристов: раздетые, со странными травмами и повышенным уровнем радиации, вдали от палатки, которую разрезали изнутри.

Почему они разрезали палатку, почему выбежали в одном белье, отчего погибли, почему у некоторых трупов странный фиолетовый оттенок, кто вырезал язык одной из туристок, окуда радиация?

На одном форуме народ на 1000 с лишним страниц выдвигает и последовательно опровергает разные варианты — от нападения йети или сбежавших зеков до лавины или падения экспериментальной ракеты (в день предполагаемой гибели туристов очевидцы наблюдали странные светящиеся объекты в небе).

А вот что об этом думаю я. И не только о случае с группой Дятлова, но и о Тунгусском метеорите и т.п.. Я думаю, что такие случаи невозможно объяснить по той простой причине, что они произошли за пределами человеческого мира. Мы строим нашу культуру, обживаем территории, создавая понятный нам мир, с которым можем управляться. Нам может показаться, что наши города и дома ничем по существу не отличаются от дикой территории: тот же воздух, та же земля. Но они совершенно иные: города, в отличие от остального мира, устроены в согласии с человеческой логикой, разумом и потребностями. А всё, что не может быть охвачено человеческим пониманием, просто вытесняется с “помеченной” человеком территории: такое никто не построит, не принесёт и не вырастит. И наша земля становится деактивированной, безопасной, осмысленной, очеловеченной. Как будто тонкая плёнка разумного устройства, натянутая на пространство и время, защищает человеческую территорию от дикой, даёт нам возможность существовать в разумном и логичном мире. Но мы не знаем — что там, за пределами наших схем и концепций. Каков на самом деле мир, пока мы не опутали его сетями наших понятий, не переобустроили по-своему, не превратили в город и дом? Что мы встретим, если покинем наше уютное понятное гнёздышко?

А мир, вообще говоря, бесконечен. Бесконечен не только вправо-влево, но и вглубь. Что там водится? Чёрт его знает. Мы ведь даже не знаем, что такое пространство и время. Не знаем ничего, что дальше пределов досягаемости наших чувств. И столкнуться с миром, как он есть, с тем, что там, свободное и аморфное, непредсказуемое в нашей логике — страшно. Может быть, никто и не пытался убить группу Дятлова. Большинство ребят умерло от обморожения. Возможно, с ними просто произошла такая неприятность, как провал в нечеловеческое. Вдали от порядка городов, от людей дятловцы были отделены от бесконечного, аморфного мира диких территорий только непрочными границами человеческих связей и разума. Тонкая сеть человеческого понимания порвалась, понятный человеческий мир исчез, и то, что хлынуло на них, оказалось слишком неожиданно, слишком сильно.

То, с чем столкнулись они, скорее всего, просто не имеет никакого названия и не может быть объяснено. Назвать и объяснить — это значит, попытаться накинуть сеть на то, что ей в принципе не может быть охвачено. Дело сделано: нечеловеческая реальность совершила с людьми то, что соответствует её законам или беззаконию.

И никогда, никогда новые группы не смогут найти ничего нового, никаких объяснений и тем более повторений событий на перевале Дятлова. Как не смогут найти ничего на месте падения Тунгусского метеорита. Люди уже принесли туда столько разумного и человеческого, что дикое больше не вернётся в эти земли. Оно вытеснено, как вытесняется всё, не вписывающееся в человеческую реальность.

Раньше мир был больше. Граница человеческого и дикого была ближе, чем сейчас. И люди переходили её постоянно. Как насчёт гигантских морских чудовищ, с которыми боролись мореплаватели древности? Или двухголовых красных чертенят размером с веретено, которых извергали одержимые в Средние века? Сейчас мы можем сказать: такого не было. Но если перед нами — трупы, если перед нами вещественные доказательства — как те же чертенята, которых исследовали средневековые доктора, мы не можем просто отбросить то, что видим собственными глазами. Не можем сказать “это не соответствует нашей картине мира, а значит, не существует”, как говорим про средневековых чудовищ.

Дятловцы случайно перешли границу, которая была обычным делом для людей раньше. Они просто не были готовы.

No related posts. Нет похожих записей.